Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru

06.11.09    Публикация в журнале "Все новости света"

Как это часто бывает: знаком с людьми много лет, созваниваешься, встречаешься с ними на семинарах, приятно общаешься, понимаешь, что они из того же ареала, что и ты, а чем конкретно занимаются, что радует их в профессии, а что – беспокоит, не знаешь. Но стоит немного поговорить, как всё встаёт на свои места, и ты узнаёшь много интересного не только о тонкостях их мастерства, но и наших же материалах, с которыми эти люди работают. Пора их представить – Алексей Викторов и Татьяна Куликова – руководители театральной мастерской «Вот – Так». 

– Как давно вы занимаетесь пошивомкостюмов и одежды для сцены и какова специфика этой работы?
 
Алексей: Занимаемся пятнадцать лет. Начинали мы с очень маленькой мастерской, а на сегодняшний день мы уже достаточно крупная компания – двадцать восемь человек. Специфика… Скажем так: всё, что сложно, нетипично, – это к нам. Пробовали заниматься просты ми вещами, но, честно говоря, не очень получается. Настроения нет. Нам интересны сложные проекты. Сейчас мы открыли еще и бутафорский цех. Хотя «цех» – громко сказано, скорее бутафорская мастерская, потому что все заказчики хотят получить комплекс услуг, а изготовление сложных костюмов, как правило, включает и бутафорию.
 
– А как заказчики узнают про вас?
 
Алексей: Мы не занимаемся рекламой, только производством. У нас уже есть имя, есть наработки, мы делаем такие вещи, которые, я знаю точно, другие мастерские не делают. Это – комплекс услуг. Есть и другие хорошие мастерские, но они всё-таки имеют определённую специализацию, а наш конёк – комплекс. Если вначале заказчики выбирали нас, то сейчас мы имеем возможность выбирать заказчиков.
 
– С какими театрами вы сотрудничали?
 
Алексей: Сначала с театром «ФЭСТ», потому что мы, можно сказать, там родились и там же было сделано основное количество спектаклей. Ну а последнее время, лет семь, мы работаем с цирком. Это Цирк на проспекте Вернадского, это цирковые артисты Багдасаровы и многие другие, это Цирк братьев Запашных и их последний проект «Камелот». Проект грандиозный, мы на нём занимались всем, начиная от декораций, костюмов, реквизита, заканчивая фонтаном, то есть выполняли весь комплекс работ. Кстати, спектакль посмотрели 240 000 зрителей. Аншлаг, что очень приятно.
 
– Какие еще приятные моменты бывают в вашей работе?
 
Алексей: Когда получается то, что изначально не должно было получиться. Честно. Объясню: у нас в компании работают четыре художника. И никогда не было такого, чтобы художников ограничивали в их идеях, потому что Татьяна – сама художник, она и себя никогда не останавливала в творчестве, и художников не останавливает. Придумывается всё по максимуму, а потом уже зависит от обстоятельств; живём-то мы в рынке, и некоторые идеи просто по финансам не проходят. Бывает такое, что эскиз шикарный, но как его реализовать? И придумываем, как это сделать, спорим и соглашаемся, а потом получается даже лучше, чем
нарисовано.
 
– А случалось ли в вашей практике, чтобы заказчик был недоволен работой?
 
Алексей: Случалось. Это было, когда мы только начали работать. И сделали очень большую ошибку: по неопытности мы изготовили костюмы в точности так, как говорил заказчик, а костюмы в итоге получились практически бытовые. Можно было пойти и купить точно такие же в обычных магазинах, они почти ничем не отличалось от остальных. Из-за этого мы потеряли заказчика, но это была, пожалуй, наша единственная ошибка. Теперь стараемся на такие грабли не наступать… Это – тактическая ошибка, а бывают ошибки рабочие. Например, на «Камелоте» были некоторые костюмы, которые просто не «пошли», хотя изначально делались по согласованным эскизам. Это касалось объёмных костюмов. Мы не предположили, насколько удобно или неудобно будет в них работать. Оказалось, что неудобно, и мы очень сильно уменьшили их в объёме.
 
– Каков процесс создания костюма?
 
Алексей: Вообще технология производства костюмов у нас достаточно длительная. Сначала художник рисует эскиз, как правило, это три и более варианта, а на «Камелоте» случалось, что на один костюм приходилось до 26 эскизов. Кстати, когда на костюм уходит 25-26 эскизов, это ошибка художника, это значит, что художник не понял изначального замысла. Но у нас есть правило: мы никогда не берём деньги за разработку эскизов. Потом выбираем лучший эскиз и делаем макет из неосновной ткани. Объёмный костюм делаем из пеноплена. Потом заказчик правит изделие вместе с художником. Бывает даже, что вносятся изменения на стадии примерки в основных тканях. Так и получается длительный процесс со многими правками. Иногда возникает конфликт между творчеством и финансами. Потому что изменения, которые художник вносит, как правило, делают костюм дороже. Но я же не могу сказать заказчику после того, как ему дали смету: «Вы знаете, Татьяна придумала новую технологию, и поэтому костюм обойдётся вам дороже», это неправильно. И за счёт новых технологий, которые художники придумывают, некоторые проекты выходят как бы «некоммерческими». Творческими. Но, наверное, именно из-за таких «некоммерческих» вещей к нам и обращаются. Когда меня спрашивают: «А скажите, качественно ли вы шьёте?», я всегда отвечаю: «Вы знаете, под куполом цирка в некачественном костюме работать очень сложно, потому что от этого иногда зависит жизнь»… А ещё мы живём по неписанному закону, что одинаковые эскизы или даже близкие по стилистике нельзя использовать дважды.
 
– Давайте поговорим о технологиях. Я знаю, что для костюмов вы часто используете краски ROSCO.
 
Алексей: Об этом лучше всего расскажет Татьяна.
 
Татьяна: Мы очень часто создаем экспериментальные костюмы. И поэтому каждый раз нам приходится делать образцы, проверять, как ложится та или иная краска на ткань, и придумывать, что в неё нужно добавить, чтобы она была более стойкой. В каждом случае это что-то разное, нет какого-то универсального рецепта: «Добавьте столько-то граммов геля, столько-то граммов клея, и всё у вас получится». Такого нет. Я могу сказать, что мы в основном пользуемся тремя видами красок ROSCO – ColorCoat, Off Broadway и флуоресцентными красками. Для меня Off Broadway – это самая удобная краска, потому что в неё не надо ничего добавлять, она не смывается с синтетических тканей вообще. Она со временем выстирывается, но это очень длительный процесс, актёры успевают сносить одежду, пока она потеряет внешний вид, рисунок. Поэтому Off Broadway в этом случае идеальна. Но там тоже есть своя специфика, потому что чем сильнее краска проникает в ткань, тем лучше она схватывается и дольше служит. А если наносить краску с помощью аэрографа, что быстрее и проще, то идёт распыление, и пыль не так глубоко проникает в ткань, не так хорошо фиксируется, поэтому лучше пользоваться кистями, тампонами, чем угодно. В ColorCoat и в флуоресцентные краски мы стали добавлять Crystal Gel, и тогда эти краски практически не выстирываются. Сейчас в основном краски продаются для натуральных тканей, а мы работаем с триплексом, трикотажем, так как у нас обшивается очень большое количество цирковых артистов и нам очень важна эластичность, а ваши краски как раз подходят для таких тканей.
 
Алексей: Я хочу назвать, может быть, самую главную причину, по которой мы используем эти краски, хотя они не дёшевы. Наша бутафорская мастерская непосредственно прилегает к швейным мастерским. Краски ROSCO не дают запаха. Притом что по качеству, по тому, как они держатся на ткани при стирках, они сопоставимы с красками на неводной основе. Я говорю о комфорте при работе с красками ROSCO. Для работников это очень важно. Когда рядом запах краски, ацетона, растворителя или ещё чего-то, конечно же, ни один нормальный человек долго работать не сможет. А люди у нас работают давно, у нас коллектив, а вы  знаете, что в театральном мире создание коллектива – это самое сложное. Поэтому при переезде мастерских из Мытищ в Королёв мы никого не потеряли. Так что удобство работы с вашими красками – это плюс, который не перекрыть ничем. И второй плюс: их можно очень сильно разводить водой. Это позволяет экономить краску и добиваться нужного цвета.
 
Татьяна: И ещё. Проблема у нас в стране общая: выбор тканей небольшой, а хочется себя не ограничивать в творчестве, поэтому мы стали искать свои способы покраски ткани, нанесения своих рисунков. Ведь цирковые костюмы должны быть красочными. Но не всегда можно сделать аппликацию; аппликация делает ткань менее эластичной. Роспись – это идеальная замена аппликации, с её помощью можно сделать гораздо более тонкий рисунок, и ROSCO краски для росписи идеальны. Заказывая у нас костюмы, люди обычно хотят что-то нестандартное, поэтому у нас редко бывают просто корсеты, юбочки, брючки, штанишки, а в основном идут костюмы с росписью, с бутафорией. Всё это требует тонирования: вещь нужно сделать более театральной, более зрелищной, чтобы она более реалистично смотрелась, а не как плюшевая игрушка. Хотя даже мишка, сшитый из искусственного меха, если его тонировать, добавить в него живописи, будет смотреться более реалистично.
 
Алексей: Мы в работе используем не только краски, но и другие материалы, потому что проекты у нас всё больше нестандартные. Допустим, в «Камелоте» мы ROSCOвским специальным гелем пропитывали ткань, делали что-то наподобие чешуи. Клеем Flexbond пользуемся очень активно, он хорошо работает, держит долго. Какие-то компоненты мы
просто смешиваем, хотя это, в принципе, не рекомендуется.
 
– То есть вы экспериментаторы?
 
Алексей: Да. Потому что задачи иногда ставят такие, что стандартными подходами их не решить. Поэтому бутафоры наши экспериментируют очень часто.
 
– А ткани наши вы как-то используете?
 
Алексей: Для одного проекта, который проходил в Кремле, мы брали у вас ткань FIRE BLOCK производства компании Pointex и ставили её как огнеупорную защиту. Дело в том, что там были очень жёсткие требования по огнезащите, а сроки, как всегда, сжатые. И эта ткань нас очень выручила, мы ею обивали всё внутреннее пространство. Так что мы достаточно плотно сотрудничаем с ДОКОЙ.
 
– А как началось ваше сотрудничество?
 
Алексей: Началось лет пять назад и сразу как-то хорошо сложилось. Что понравилось: у нас была маленькая мастерская (на тот момент нас было человек восемь), поэтому ни о каких объёмах, которые интересуют крупную фирму, речи быть не могло. Но к нам не отнеслись, как «раз вы маленькие, то прочитайте всё на сайте, вот вам листовочки» и всё. Был интересный разговор, мы получили какие-то образцы, чтобы попробовать, нам всё разъяснили. И мне как человеку, занимающемуся бизнесом, было понятно, что образцы стоят денег, время стоит денег. И тратить время на мелкого заказчика просто невыгодно, потому что шанс, что он когда-нибудь станет крупным, – невелик. Это стандартный подход в России, с этим подходом я сталкивался очень долго и во многих местах. Так вот, этого подхода в ДОКЕ не было, это подкупило. Спасибо Маргарите Белоусовой за такой «несовковый» подход. Понимаете, когда маленькая компания, ты ему рассказываешь, показываешь, даешь координаты. Он, пока маленький, будет пытаться всё делать сам. Но в какой-то момент он придёт к выводу, что каждый должен делать своё дело. Художник – рисовать, портной – шить, менеджер – объяснять, то есть во всём должен быть профессиональный подход. И вот, когда он подрастёт чуть-чуть, он обязательно обратится к тому, кто не отказался от него, кто старался ему помочь, пусть советом, пусть нематериально. И это произойдёт обязательно, таких примеров очень много. Тогда и получается действительно хороший результат сотрудничества.
 
 

 

← Назад к списку новостей